Ничто так не иллюстрирует провал внешнеполитического и экономического курса ЕС, как история с притязанием США на Гренландию. Тот факт, что кто-то извне заявил права на территорию ЕС, а европейцам, по сути, нечем ответить - ни в военном, ни в экономическом плане, стал индикатором слабости и уязвимости Евросоюза, а также неготовности европейских элит защищать сообщество от внешних угроз.О желании заполучить Гренландию, которая является автономной территорией Дании, Трамп открыто заявлял еще в свой первый президентский срок. "По сути, это крупная сделка с недвижимостью", - говорил республиканец в августе 2019 года, рассуждая о возможном приобретении острова. Однако дальше разговоров дело не пошло. Да и сам Трамп на тот момент признавал, что вопрос приобретения острова не является приоритетным для США.
Сегодня Трамп куда более категоричен. "Так или иначе мы получим Гренландию", - заявил на днях американский лидер. При этом он дал понять, что рассматривает остров как часть США, а не арендную территорию. "Когда мы владеем территорией, мы ее защищаем, а арендованное не защищают. Ее нужно иметь именно в собственности", - говорит президент США.
Но дело ведь не только в Трампе. Безусловно, методы американского лидера экстраординарные. Но если вспомнить, в свой первый президентский срок Трамп точно так же делил мир на победителей и проигравших. И точно так же выставлял счета ЕС - и в торговле, ведя тарифные войны, и в военной сфере, жестко требуя от союзников повысить траты на оборону. Все это сопровождалось лозунгом "Америка превыше всего", которым Трамп давал понять европейцам, что поблажек не будет.
Однако в то время европейские лидеры держали удар. Страны ЕС в своем большинстве отказались раздувать военные бюджеты, активно вводили ответные пошлины против США и даже запустили механизм обхода антииранских санкций, когда Вашингтон вышел из соглашения по ядерной программе Ирана.
А что мы видим сегодня? Евросоюз сдает США одну позицию за другой. За минувший год европейские союзники фактически не смогли дать отпор администрации Трампа ни в одном из спорных вопросов. Сначала американцы продавили решение об увеличении военных расходов стран НАТО до 5%. А затем ЕС пошел на кабальную торговую сделку с Вашингтоном, которую европейцы называют не иначе как акт капитуляции Брюсселя. Единственное, в чем европейские элиты преуспели, так это в затягивании украинского конфликта. Правда, главную роль здесь все же сыграли радикалы из окружения Трампа и оружейное лобби США.
Фото AP
А впереди у Евросоюза, вероятно, еще одна капитуляция. Если Трамп не откажется от притязаний на Гренландию, то автономная территория Дании с большой долей вероятности войдет в состав США. Учитывая геостратегическое значение острова - и в торговом, и в военном плане - в серьезности намерений Трампа сомневаться не приходится.
Если и есть какие-то сомнения, так это в способности ЕС ответить на притязания Вашингтона. Конечно, кто-то скажет, что ЕС не является военным блоком и не может ответить военным путем. Но ведь в прокси-войне в Украине европейское сообщество фактически выступило стороной конфликта, спонсируя Киев, снабжая украинскую армию, обучая украинских солдат, предоставляя разведданные, участвуя в разработке военных операций. Можно ли ожидать, что страны Евросоюза призовут Данию воевать за Гренландию, как призывали украинцев воевать за Крым? Станут ли они вооружать датскую армию, введут ли санкции против США, заморозят ли американские активы, чтобы в дальнейшем передать их Копенгагену, выдадут ли ордер на арест Трампа?
Ответ на эти вопросы очевиден. И уже не столь важно - станет ли датская автономная собственностью США или арендной территорией. Ситуация вокруг Гренландии послала мировому сообществу, внутриполитическим и бизнес-кругам ЕС, а также европейской общественности четкий сигнал - у Евросоюза нет инструментов для защиты.
А были ли эти инструменты в период первого президентского срока Трампа? Конечно, на военное противостояние с США европейские союзники не пошли бы в любом случае. Однако у ЕС образца 2017-2021 годов было два важных козыря. Во-первых, сильная экономика, имеющая ресурсную базу благодаря сотрудничеству с Россией. Во-вторых, возможность балансировать не только экономические, но и внешнеполитические отношения - опять же за счет тесных связей с Россией. Мог в такой ситуации Трамп претендовать на Гренландию, не опасаясь санкционного ответа со стороны ЕС или политического дрейфа европейских союзников в сторону России и Китая?
Будучи 45-м президентом США, Трамп разговаривал с Евросоюзом как с конкурентом. Будучи 47-м президентом, он ведет себя с европейцами как с капитулянтами. И дело не в том, что у США изменились цели и подходы. Дело в том, что в период правления администрации 46-го президента Джо Байдена страны Евросоюза, спешно избавляясь от российской зависимости, нарушили геополитический баланс и лишили себя пространства для маневра.
Фото Unsplash
Администрация Байдена набросила на Европу ошейник. А теперь администрация Трампа тянет за поводок на свое усмотрение. Что касается европейских лидеров, то они, похоже, с нетерпением ждут следующих выборов в США, забывая, что для американских элит - демократы это или республиканцы - Америка превыше всего.
Вита ХАНАТАЕВА,
БЕЛТА.-0-